Не хотите послушать замечательного оперного певца Паваротти с его глубоким и проникновенным голосом? А как насчет талантливого исполнителя, который едва ли не считается символом 20 столетия — Фредди Меркьюри? Этих исполнителей объединяет одно – настоящий талант. Но это видео их объединило и еще кое-чем — одним и тем же исполнителем их песен, и одним человеком, воплотившим их. Талантливый певец Марк Мартель решил продемонстрировать дуэт одного человека, объединив в себе и своем пении двух исполнителей — и легендарного Меркьюри и настоящую звезду оперы — Паваротти. Певец даже старался походить на этих певцов внешне. Стоит признать, что усы сделали свое дело — Мартеля очень легко спутать со звездой Queen. Надо признать, что дуэт получился просто отменным: как по качеству исполнения, так и по своей задумке: дуэт –соперничество между двумя легендарными певцами в одном лице!
«Я знаю, что меня там ждет. Грязь, кучи мусора и высокая стена с наглухо закрытыми воротами! Меня даже на порог не пустят!» — мрачно подумала я и чуть не расплакалась от жалости к себе любимой. — Куда едем? — на меня сочувствующе смотрел пожилой усатый водитель скутера. Этот сочувствующий взгляд придал мне смелости. Да что со мной, на самом деле? Да, страшно, когда твоя мечта вдруг начинает сбываться, страшно, потому что, став действительностью, она не так уж часто остается такой же красивой. Но ведь сейчас до нее, до мечты этой самой, рукой подать. Что ж я на расстоянии вытянутой руки вдруг отступаюсь и, словно мальчик-паж из «Женитьбы Фигаро» готова выпрыгнуть в окно? — К парсам! — решительно сказала я. читать дальше
Там, где ступала нога Фарука Балсара
Индийский «скутер» — это такси в виде мотороллера со специально оборудованной кабинкой. Впереди помещается водитель, сзади — пассажирское сиденье. Иностранцы именуют сей вид транспорта «авторикшей». На пассажирском сиденье за глаза разместятся два человека, с некоторым трудом три, а если сильно постараться, то и все пять. Но, если «авторикша» взял одного пассажира, то он и будет везти только его, никого не подсаживая по дороге. Да здравствует торжество развитого капитализма в сфере услуг! В таком такси очень хорошо думается. И я думала о том, что противоречия — моя стихия. Сколько себя помню, всегда хотелось очень разных вещей. Читала «Дхаммападу» под Led Zeppelin. Боялась высоты и рвалась заниматься альпинизмом. Долгие годы мечтала попасть в ашрам и всю жизнь обожаю кошек, которых ни к одному приличному ашраму близко не подпустят. И никогда не могла понять, что же мне нравится больше — Восток, на котором живу, или Запад, к которому принадлежу по праву рождения. Так что, Фарук Балсара просто обязан был появиться в моей жизни, чтобы внести в нее — нет, не столько ясность, сколько цельность. Так сказать, он — во всем, а все — во мне. Вариации на тему гуру. Только соль анекдота в том, что мой гуру — рок-музыкант. В миру он известен под совсем другим именем — Фредди Меркьюри. Да-да, тот самый Фредди, который в 1946 году родился на острове Занзибар, в детстве учился в индийском городе Панчгани, потом вырос, перебрался в Англию и создал группу Oueen. Который сочинил «Богемскую рапсодию» (признана в Англии в 2000 году лучшей песней тысячелетия), спел с Монсеррат Кабалье «Барселону», а еще, помните, — «Шоу должно продолжаться»? Это — тоже его. Вот, когда я услышала «Барселону», я поняла, что нашла свою точку опоры. Кошки, медитация, ашрамы, Шива, рок-музыка и дзен-буддизм встали на свои места. Почетное место в этом вновь организованном мире отводилось Индии, в которую я хотела уйти пешком еще в розовом детстве, семи лет от роду. Родители моего рок-гуру были родом из Индии, сам он целых семь лет учился где-то недалеко от Бомбея, значит, Индия для меня теперь не просто любовь, а любовь с интересом. И когда я узнала, что таки еду «на самый край земного диска», то первым делом подумала о том, как бы попасть если уж не в Панчгани, то в Бомбей непременно, а главное — разыскать парсов. Теперь, когда я знала о жизни и приключениях моего рок-гуру, без них никак нельзя.
Со времен Заратуштры
Парсами в Индии называют зороастрийцев, выходцев из Ирана. Зороастризм — одна из древнейших «авторских» религий на земле. Основу ее составляет учение пророка Заратуштры (которого античные греки называли Зороастром, отсюда и название — «зороастризм») о мудром создателе мира Ахура Мазде, о его благих помощниках, олицетворяющих нравственные и природные силы, о святости огня и о долге человека, заключающемся в следующей формуле: «добрая мысль, доброе слово, доброе дело». Именно потому, что это — «авторская» религия, в ней ярко проявилась тенденция к монотеизму. Учение Заратуштры изложено в каноне, именуемом «Авеста». В античное время и на заре средних веков зороастризм был государственной религией Ирана — со сложившейся теологией, развитым культом и жесткой церковной организацией. Он оказал значительное влияние на более поздние монотеистические системы, в том числе, на христианство. Но, начиная с 8 века, зороастризм начинает стремительно терять свое влияние под натиском арабов-мусульман. В 9 веке значительная часть иранских зороастрийцев, не желавших отказываться от своей веры, перебралась морским путем на индийское побережье. Первоначально парсы (т.е. выходцы из Персии, так стали называть их в Индии) обосновались в прибрежных штатах Гуджарат и Махараштра, где и по сей день их большинство, а затем постепенно расселились по многим крупным городам страны. В веротерпимой Индии зороастрийская община не только сохранила свою этническую, культурную и религиозную целостность, но и стала со временем играть важную роль в индийской экономике, юриспруденции и науке. Истории известны выдающиеся парсы-юристы, промышленники, меценаты. Из промышленников достаточно назвать семью мультимиллиардеров Тата. Парсов отличают практицизм, целеустремленность и интерес к новому. В патриархальной Индии они во многом сыграли роль двигателя прогресса и моста между восточной и западной цивилизациями. Во многом такой активности способствует практическая направленность зороастризма, постулат о том, что праведность состоит в занятиях полезными делами, приумножении своего благосостояния, преданности семье и общине. Но, при всем интересе к разного рода полезным новшествам, особенно техническим, парсов отличает исключительная религиозная замкнутость. Они, как правило, не разрешают фотографировать свои святыни и культовые церемонии, и никогда не допускают людей другой веры внутрь своих храмов. Еще одна характерная черта парсов — они строгие моралисты. Большая и дружная семья, где каждый знает свои обязанности — вот классический идеал парса. Особенно трогательна их любовь к родителям. В кварталах парсов вы часто можете видеть дома с памятными досками: «Построен в память о родителях такого-то». Многие значительные дела — от закладки фундамента нового завода до издания книги — посвящаются родителям. Вот к этой-то общине и принадлежит семья Балсара, в которой 5 сентября 1946 года родился первенец, названный старинным персидским именем Фарук. Никто тогда, включая счастливых родителей, еще не знал, что, когда мальчик вырастет, то сменит свое имя на другое, и будет прозываться Фредди Меркьюри. И станет он знаменит, но только совсем не по-зороастрийски. Ибо рок-музыка, как и все другие вольности нашего мира, парсами совсем не одобряется. И станет он богат, но так и не обзаведется наследниками, ради которых и следует приумножать богатство. И будет он, как и все парсы, трогательно любить своих родителей, но не позволит им распоряжаться его жизнью. И многие молодые люди, не блещущие особыми познаниями ни в истории, ни в философии, узнают о древнем и красивом учении Заратуштры только потому, что им нравится музыка и голос этого фантастического «перса», Фредди Меркьюри.
«Парси парадайз»
Прежде чем добраться до Бомбея, где живет наиболее многочисленная община парсов, мне предстояло проучиться три месяца в большом городе Хайдарабад, столице штата Андхра-Прадеш, на курсах, организованных по правительственной программе ITEC. Преподаватели Института английского и иностранных языков (в Индии английский не считается иностранным, отсюда это непривычное для нас сочетание) были так внимательны и предупредительны к студентам из СНГ, что мне становилось порой неловко — учиться вроде бы надо. А внутренний голос говорил: «Учиться, учиться и учиться ты всю жизнь будешь, а в Индии — всего три месяца!» И я решила послушаться. Ведь, в самом деле, когда я еще смогу побывать в самом настоящем храме джайнов, поговорить с самыми настоящими сикхами, а, главное, где и когда еще я смогу увидеть самых настоящих парсов? Вылазки в город рождали двойственное ощущение. С одной стороны, роскошные городские парки, музеи, беломраморные индуистские храмы, ювелирные магазины, где драгоценные камни — с кулак величиной, и при этом все природные, ни одного искусственного. С другой — прямо-таки зубодробительные ощущения от грязных улиц, заваленных мусором тротуаров, ручейков жидкого навоза и целой орды бездомных разных мастей — от странствующих санньясинов до профессиональных нищих. И все здания, включая пятизвездочные отели и дорогие рестораны — непременно в грязных потеках от ежегодных тропических ливней. Насмотревшись на это, я уже стала сомневаться, что, добравшись до квартала парсов, найду что-нибудь другое. А, памятуя об их замкнутости, все меньше надеялась, что мне позволят перешагнуть границу этого квартала. Главное в таких случаях — ни с кем не делиться своими сомнениями, иначе обязательно найдется кто-нибудь, кто отговорит от задуманного. Что родится, то и сгодится, решилась я, и вот мой усатый доброжелатель уже тормозит на улице, искони населенной парсами. Я выхожу из скутера и упираюсь взглядом в арку, подпираемую исполинскими изображениями крылатых быков — древним символом целокупности мира. И, обалдев от умиления, отмечаю, что ни одного грязного потека на арке нет. Она — ослепительно-белая. За ней просматривается сад, который вполне уместно назвать райским. «Парадайз» — это понятие, обозначающее рай, пришло в европейские языки из языка «Авесты». Там «парадаэза» означало земной рай, сотворенный человеческими руками, но — по наитию Духа Святого, Спента Майнью. Так вот здесь я видела «парадаэзу» в миниатюре. Деревья и аккуратно подстриженные кустарники цвели огромными белыми, красными и желтыми цветами; зеленые, прямо-таки английские лужайки перемежались изысканными композициями из дикого камня, и солнце отражалось в прозрачной (в Индии это большая редкость) воде маленького бассейна. С дерева на дерево перелетали маленькие серые птички, их забавное бульканье было единственным звуком, нарушавшим тишину вокруг. Мне показалось, что это единственное по-настоящему чистое место во всем городе. И по-настоящему тихое. Полный «парадайз».
«А фамилия-то у него есть?»
Центром этого рукотворного рая является храм — прямоугольное здание с изображением могучего бородача в круге из орлиных крыльев на фронтоне. В зороастризме этот символ играет такую же роль, как крест — в христианстве или полумесяц — в исламе. В бородатой фигуре исследователи в разное время предлагали видеть то самого Ахура Мазду (что совершенно невозможно с точки зрения ортодоксального зороастризма, ибо творец вселенной в принципе не изобразим), то очеловеченный образ божественного света, то, наконец, изображение идеального зороастрийца. Толкований много, хочешь — любое из них выбирай. Выстроенный по образцам ахеменидской архитектуры, храм выглядел бы массивным, если бы не широкие и тоже прямоугольные окна и двери. Благодаря им он наполнен светом и воздухом, а заодно и открыт обозрению снаружи. Интерьер просматривается настолько хорошо, что можно получить представление о нем, даже не заходя внутрь. Впрочем, я смотреть не стала — если мне внутрь нельзя, то и глазеть особенно не положено. Ограничимся внешним видом, тем более что здесь у меня есть одно важное дело. То, ради которого я, собственно, сюда и приехала. Пока я разгуливала в саду вокруг храма, мой нездешний вид привлек внимание пожилого парса. Он подошел, вежливо поздоровался и еще более вежливо осведомился, зороастрийка ли я. — Нет, но у меня был друг-зороастриец, — вру, не краснея (интересно, сколько людей таким манером набиваются в «друзья» к популярным личностям?). — И я хотела бы что-нибудь подарить…оставить…этому храму на память о нем. Все просто, как сюжет индийского фильма — я хочу отдать мобедам, или служителям этого храма, энную сумму за то, чтобы они помянули добрым словом самого блудного из всех сыновей зороастрийской общины. Причем, сумма, с которой я сейчас готова расстаться, напрямую зависит от энтузиазма господ мобедов. Но, поскольку мне редко приходится попадать в подобные ситуации, то вместо того, чтобы просто и ясно сказать о своих намерениях, я начинаю заикаться и путаться в словах. Хорошо, что визави мне попался терпеливый и, главное, понятливый. — Идемте, — говорит он и направляется к навесу возле храма, где укрываются от солнца двое полных мужчин в безукоризненно белой одежде и круглых белых шапочках на голове. У них приятные спокойные лица, неторопливые движения и тихие голоса. Это и есть мобеды. Тем же заикающимся от волнения голосом я пространно рассказываю им о моем «друге» — зороастрийце, который был «a magnificent person» и «my best friend» (вот куда занесло-то!). Они молча кивают головами, изредка вставляют «о` кей», потом один из них очень спокойно и вежливо спрашивает: — А как его зовут? Вот если я сейчас возьму и скажу, как его зовут, они возьмут и выставят меня вон. Стоп! Я же могу сказать, как его зовут «по паспорту». На свете же много Фаруков, вот пусть и помянут одного из них. Там, наверху, поймут, о ком именно идет речь. — О`кей, — все так же спокойно продолжает мобед, — А фамилия у него есть? Момент истины. «А вас, Штирлиц, я попрошу остаться». Щас меня ка-а-ак выставят! Но деваться уже некуда, и я говорю упавшим голосом: — Бульсара. — Балсара, — все также невозмутимо поправляет меня мобед. — Фарук Балсара. М-да… Молчание секунд пять. Потом кивок и опять тот же спокойный голос: — О` кей! Что вы хотели пожертвовать? Я протягиваю деньги. — Спасибо! Можете посмотреть храм. Только внутрь нельзя. Мобеды, я вас обожаю!
Добрые люди из Бомбея
Если из вышеописанного эпизода кто-то вынес впечатление о чересчур сильной любви парсов к деньгам, то он ошибается. На собственном опыте я убедилась, что парсы весьма щепетильны в отношениях с другими людьми, особенно, в отношениях денежных. Начинаешь ценить это после того, как раз сто столкнешься со всеми возможными видами вымогательства на улицах больших индийских городов, где туриста-иностранца считают просто ходячим мешком с долларами. Пока я думала о том, как на свои небольшие деньги попасть из Хайдарабада в Бомбей, проблема решилась сама собой — нам организовали экскурсию на родину «Болливуда». Никогда не забуду, как наш огромный, неуклюжий на вид автобус ловко лавировал на опасных участках трассы Хайдарабад — Бомбей. Ночная дорога утопала в густом, словно молоко зебу, тумане, а из него, как в кошмарах Стивена Кинга, выныривали такие же автобусы и грузовики. Справа была почти отвесная скала, слева — пропасть. И только включенный на полную громкость Меладзе (его записи прихватил с собой в дорогу кто-то из нашей группы) своими песнями о Занзибаре и цыганке Сэра отвлекал от мыслей о возможной встрече с вечностью. Настало утро, рассеялся туман, и снова захотелось смотреть в окно. Дорога к Бомбею идет через выветренные скалы, невысокие, но внушающие почтение своим суровым видом. Их бурые, изъеденные древностью бока начисто лишены растительности. Прямо лунный пейзаж. Бомбей прямо противоположен окружающему пейзажу и независим от него. Бомбей живет океаном. В этот город въезжаешь как в чрево Моби Дика. Он необъятно громаден — одни пригороды растянулись на два часа езды. Вселенная, разлегшаяся на побережье. В этой вселенной можно найти все, что вы видели когда-либо в индийских фильмах и все, о чем вы когда-либо читали в книгах про Индию. Но на все-про-все у нас был один день, и каждый решил удовлетворить свои основные инстинкты. Кто-то отправился веселиться в стриптиз-бар. Кто-то — по ювелирным магазинам. У меня же и здесь главной целью было отыскать квартал парсов. Тем более что бомбейские парсы интересовали меня куда больше хайдарабадских — ведь в Бомбее юный Фредди бывал неоднократно. Как это там у Паоло Коэльо? Если ты чего-то хочешь по-настоящему, вся вселенная идет тебе навстречу. Или что-то в этом роде. Так вот, наш экскурсионный автобус остановился не где-нибудь, а в двух шагах от исторического квартала парсов. О чем я узнала от продавца в ближайшей лавке. И быстрой рысью рванула в указанном направлении. Храм огня повторял в своих очертаниях хайдарабадское святилище. Здесь я встретила ту же чистоту и вежливость. Проводником моим и на этот раз оказался пожилой парс (мне вообще везет по жизни на интеллигентных стариков). Он познакомил меня с двумя говорливыми персиянками — женщины такого типа и характера с одинаковым успехом отыскиваются и в Ереване, и в Тель-Авиве. Они оказались своего рода распорядительницами при храме. Разговаривать с ними мне было легче, чем с хайдарабадскими мобедами — может, сказалась женская солидарность, а, может — приобретенный опыт. Рассказ о «лучшем друге» Фаруке Балсаре вызвал сочувственный интерес. А когда я выразила желание пожертвовать и этому храму энную сумму денег и протянула заготовленный конверт, одна из женщин замахала руками: — Это много. Вы можете пожертвовать символическую сумму на сандаловое дерево для огня в храме. Вы приехали издалека, и вам эти деньги намного нужнее. Меня сразила подобная внимательность — за все три месяца еще ни один человек не подумал о том, что я действительно приехала издалека и действительно ограничена в средствах. Но жертвовать символическую сумму в память о «лучшем друге» никак не хотелось. Душа требовала размаха. Возник непродолжительный спор. В конце концов, сошлись на золотой середине, то есть половине, которую у меня и взяли. Это был единственный подобный торг за всю мою жизнь. И лишний раз дал мне повод убедиться, что судьба свела меня с людьми редких душевных качеств. А среди других людей просто и не мог родиться этот странный Моцарт двадцатого века, Фарук Балсара. Фредди Меркьюри.
И моя любимая)) Как хотите, а мне тут прям видится день после первой совместной ночи - такой блаженный взгляд, которым Роджер провожает Брайана - говорит сам за себя)))
Мы спросили Заратустру: "Ты зачем залез на люстру?" Посмотрел он, чист и светел, Ничего нам не ответил.
В описании сообщества сказано, что мы здесь жжем тряпки и смеемся. Так что я вот хочу пожечь тряпки. Шесть вопросов. Отвечаете в меру своей осведомленности, фантазии и чувства юмора. Чуваку, который напишет больше всего правильных ответов (ну или напишет самые смешные ответы) я обещаю написать рецензию на любой его фик (длинную. больше 10-ти предложений) или написать драббл на заказ. Поиграете со мной?
Собсвенно, шесть вопросов. В комментариях пишите ответы.
читать дальше1) Вопрос для кэпа. Что Брайан рисовал в своих школьных тетрадках?
2) Обычный такой вопрос из серии «с кем не бывает». Случись у Роджера тотальная амнезия, он бы не пропал. Почему?
3) Вопрос, на который можно стопятьсот ответов придумать. Роджер говорил, что никогда не видел, чтобы Фредди … (продолжите высказывание).
4) Вопрос для логика. Как юный Роджер использовал контейнеры для яиц?
5) Вопрос, на который все и так знают ответ. Почему Брайан подписывает свои твиты?
6) Вопрос для задрота или для человека с хорошей фантазией. Ну и повод поупражняться в остроумии. Какая связь между переносицей Роджера и связкой ключей?
А еще извините и выпилите этот пост нафиг, если это все полный идиотизм
If we can't have it all Then nobody will || A star is born You start to fall
На сей раз Джон.
Название: A part of him Автор:истеричный юный эксгибиционист aka Noordkrone Описание: иллюстрация к фику Роше "Сувениры", где Джон забрал котенка из опустевшего дома Фредди.
Нам, нескольким вашим товарищам, попала вожжа под хвост, в связи с чем мы пустились во все тяжкие, подав заявку на участие в Зимней Фандомной Битве.
Что это такое?
Фандомная Битва - это межфандомное состязание, в ходе которого каждый заинтересованный фандом подает заявку, набирает команду и соревнуется с остальными по нескольким номинациям, как то: - тексты, разных рейтингов и размеров; - арты, клипы и коллажи; - прочие фанатские ништяки, вроде демотиваторов, аватарок, пирожков, переводов фиков и т.д., и т.п. Подробнее можно прочитать здесь.
Чего мы хотим?
Людей! Больше всего мы хотим, чтобы вы к нам присоединились. Наша команда - Классик Рок, что значит - нам пригодится любой креатив, любые идеи, любое творчество, посвященное квинам и не только. Любите Фредди? Леннона? Джаггера? Боуи? Планта? Моррисона? Приходите!
Чем вам грозит согласие на участие?
Во-первых, мы вас будем любить, холить и лелеять. Нас мало, и каждый - на вес золота. Во-вторых, вам нужно будет записаться в команду и по мере сил, желания и вдохновения вносить лепту в общее дело - приносить фики, арты, идеи и просто моральную поддержку. Никто не будет заставлять вас писать в жестких рамках, требовать с вас определенную норму и прочие малоприятные вещи. Вы можете принеси в команду пару драбблов - и это уже будет замечательно. С миру по нитке - наберется на годный ковер))) Кроме того, первый этап конкурса - в конце января, так что у нас еще есть время подготовиться без спешки. Главное - начать!
Не люблю копировать старые тексты, но Дрэгон сказала: "Надо".
Название: Право собственности Количество слов: 534 Автор: blyuzaveta aka кофе на ночь Бета: истеричный юный эксгибиционист Пейринг: Джон/Брайан Рейтинг: PG-13 Тип: слэш Жанр: ангст Статус: закончен Размещение: запрещено Саммари: После смерти Фредди поведение Джона сильно меняется Предупреждения: ООС Отказ: Материальной выгоды не извлекаю, персонажи принадлежат сами себе.
читать дальшеЗима в этом году наступила на несколько дней раньше срока. Кудрявый человек, бродящий из угла в угол гостиной и на ходу перебирающий струны гитары, полагает, что она никогда не закончится. Судя по синеватым губам и ногтям, а также по тёмным кругам под глазами, человек этот мёрзнет и страдает бессонницей. - Ты давно не спал, - громко говорит его собеседник. - И не ел. Брайан, остановись уже, я с тобой разговариваю! Гитарист обрывает какую-то простую и однообразную мелодию и замирает посреди комнаты, обратив ничего не выражающий взгляд на побеспокоившего его шатена: - Я не голоден, Джон, спасибо, - маятникоподобное движение возобновляется.
В отличие от Брайана, Джон, развалившийся на диване и потягивающий какую-то разноцветную жидкость через полосатую соломинку, демонстрирует здоровый румянец и являет собой образец полного довольства. - Ну вот что, дорогуша... - шатен встаёт и, настигнув гитариста, приобнимает его за плечи. Брайан вздрагивает, как от удара или внезапного ожога: - Не делай так. Джон, в чьих напоминающих лисьи глазах пляшут зелёные болотные огни, пытается изобразить удивление: - Как, сладкий? - Не пытайся разговаривать со мной, как он, - Брайан откладывает инструмент и, опустившись в кресло, упирается лбом в сцепленные в замок пальцы. - Все эти его словечки... Не надо.
Судорога искажает лицо Джона. Звон резко отставленного стакана заставляет Брайана поднять голову, а цепкие пальцы, сжавшие запястье, — ойкнуть от боли. - Не хочу ранить твои чувства, - шипит Джон, - но вынужден напомнить, что неделю назад наш общий друг лишился возможности предъявлять права собственности на что-либо. В том числе — на тебя. Глаза Брайана, и без того казавшиеся огромными на бледном вытянутом лице, расширяются; пытаясь отодвинуться от нависшего над ним человека, он вжимается в кресло. - Теперь моя очередь, - улыбающееся лицо Джона приближается и, как бы Брайан ни старался, избежать поцелуя не удаётся. - Слушай, Мэй, резиновая баба и то отзывчивее. Что с тобой такое-то? - говорит шатен, отстранившись, и тут же получает пощёчину.
Через несколько бесконечных мгновений, наполненных яростью и недоумением, Джон опускается на пол, устраивает голову на коленях Брайана и начинает говорить. Говорит он долго, и от этой речи, сопровождаемой тиканьем невидимых часов, Брайан впадает в подобие транса. - Давным-давно, - начинает Джон, - жил-был мальчик. Самый обычный ребёнок, который почему-то решил, что он — особенный. Как и многие дети, мальчик любил фантазировать и к тринадцати годам полностью убедил себя в том, что он — подменыш. Не спрашивай, почему так, не знаю... В любом случае, превратившись в юношу, ребёнок этот не остался без внимания фей, - Джон хихикает, - и в 19 лет получил грандиозный подарок. Как ты думаешь, что может быть лучше для отражения, чем встреча с оригиналом? - Джон поднимает голову и внимательно смотрит на Брайана, будто действительно хочет знать ответ. Брайан молчит, но его пальцы, помимо воли хозяина, зарываются Джону в волосы. Ободрённый этим жестом, тот продолжает: - Увидев тебя, я понял, в чём заключается моя особенность, Брай. Быть с тобой и защищать тебя — никто бы не мог делать это лучше. Потому что впервые в жизни я почувствовал себя сбывшимся и настоящим. Но ты так не считал, и Фредди — тоже. Пришлось ждать, - Брайан закусывает губу, а Джон рывком поднимается на ноги. - Я не желал ему смерти, я даже любил его по-своему, но тебя я любил больше.
Мы спросили Заратустру: "Ты зачем залез на люстру?" Посмотрел он, чист и светел, Ничего нам не ответил.
Название: Бьюик Количество слов: 598 Автор: Похотливый старый козел aka Dragon attack Бета: кофе на ночь Пейринг: это, типа, интрига Рейтинг: PG-13 Тип: слэш Жанр: POV, повседневность Статус: закончен Размещение: с разрешения автора Саммари: Роджер купил себе машину и очень счастлив по этому поводу. Отказ: Материальной выгоды не извлекаю, персонажи принадлежат сами себе.
читать дальшеВ день, когда я купил свою первую машину, выпал снег. Он прикрыл неопрятную землю и весело поскрипывал под подошвами. Когда я выезжал из автосалона, мой новый Бьюик оставил на снегу хрустящий узорный след.
Мой Бьюик. Серо-голубой, как небо перед дождем, с благородным стальным блеском и кожаными сидениями в салоне. Идеально меня слушался. Не хотелось покупать подержанную машину: только новую. Едва взявшись за руль, я понял, что не зря так долго копил.
Радостью необходимо было поделиться, поэтому я заехал к Фредди. Мы долго катили по окраинам Лондона. Новые дома напоминали приготовленные для переезда картонные коробки. Я тогда подумал о том, что жизнь создается сейчас, в эту самую секунду. В каждую секунду своего времени я могу поменять все – свежее, волнующее чувство.
- Поехали к морю, - попросил вдруг Фредди. – У тебя хватит бензина? - Спрашиваешь! Полный бак и еще запасная канистра.
Я бросил колледж и не испытывал никакого желания возвращаться, мы с группой записали второй альбом, я наконец-то купил машину. Училка из прошлой жизни оказалась права: мир все больше напоминал устрицу, готовящуюся к тому, что я вот-вот открою ее своим мечом. Не то чтобы я представлял, как ведут себя устрицы, конечно.
Море было насыщенно-серым, с редкими синими пятнами. Мы с Фредди сидели на пляже и слушали, как оно плещется, шипит и рокочет, словно под водой притаился целый оркестр. Вокруг никого, только пара заблудившихся чаек. Когда ветер усилился, Фредди вскочил и пару раз крутанулся на каблуках, раскинув руки. Слизывая с губ соленые капли, я представлял себе радость, которую он чувствует: гибкое тело, ветер на лице, волосы развеваются и впереди – море, бесконечное, как жизнь.
- Мы можем сделать все, что угодно, - ощущение внутри меня было цельным и сильным, но слова вышли неуклюжими. – Все, что захотим. - Правда? – он серьезно посмотрел на меня. – Ты думаешь, мне стоит сделать то, что хочется? - Конечно.
***
Тем вечером мы праздновали мою покупку в переполненном баре. Я впервые в жизни был счастлив, что не пью со всеми. «Мне не наливайте, - гордо повторял я. – Я сегодня за рулем», пока Брайан не осадил: «Господи, Родж, ты уже пятый раз говоришь, остынь, это же только железяка на колесах». Захотелось немедленно вылить что-нибудь ему на голову, но в последний момент я пожалел морс – вкусный был, зараза.
По радио хрипловатый женский голос пел что-то о разбитом сердце, а я сидел и думал: нафиг, люди, зачем вы так, сдалась вам эта любовь, когда вокруг и без того все такое прекрасное, и машина есть новая, и музыка, и можно к морю съездить… От духоты и сигаретного дыма слегка кружилась голова, но это было даже приятно. Обратно мы ехали поздно ночью. Рядом со мной Джон восхищенно косился то на спидометр, то на коробку передач. Время от времени мы обменивались понимающими улыбками: первоклассная машина.
А потом – я думал, так бывает только в фильмах. Джон вздрогнул, его кожа стала серой, а взгляд потускнел. Если бы не плотно сжатый кулак, я подумал бы, что он сейчас потеряет сознание. В зеркале заднего вида было отчетливо видно, как Фредди целует Брайана. Жадно и настырно, заставляя его отклонять голову назад, рассекать рукой воздух, но все-таки отвечать на поцелуй. Я опять посмотрел на пустое лицо Джона: все цвета и эмоции как тряпкой стерли.
Уже вернувшись домой, я полночи думал, каким же я был идиотом, и как вообще можно не видеть того, что прямо под носом, и как долго продолжалось это все. Но в тот момент я просто нажал на тормоз, надеясь, что эти двое сзади стукнутся о кресла и наконец-то расцепятся. Но вместо этого я ударился сам и, потирая ушибленный нос, злился. На Фредди, на Джона, на Брайана, даже на себя, но больше всего – на весь этот чертов мир.
Я призываю вас отчаянно и страстно: постите свое творчество здесь! Выложили фик на фикбуке - почему бы не продублировать его в сообществе? Почему бы, опять же, не запостить сюда свои старые фики? Будет очень здорово видеть вас тут =)
If we can't have it all Then nobody will || A star is born You start to fall
Ну я не могу, например, на это спокойно смотреть.
Потом увидел это. Очень, ОЧЕНЬ опасно отключать звук и обрезать картинку вот так. Теперь ее осталось только созерцать под "She makes me". Под последние десять секунд, if u know what i mean. гифы, меня унесло.
Просто так, может, кто не видел - ИМХО офигенно красивый мэйлор с Тумблера. Автора, к сожалению, указать не могу по причине того, что утащила к себе, не озаботившись копирайтом) Позор мне!
Пост для мазохистов. Еще, в виде исключения - для тех, кто ну очень хочет расти над собой и другими.
Кроме шуток - здесь, в комментариях, можно оставлять ссылку на свой фик, опубликованный в этом сообществе. После этого админ заносит ссылку сюда, в текст поста, под большую надпись "ЖДУТ КРИТИКИ", а остальные члены сообщества имеют возможность внять гласу вопиющего, прийти и вдумчиво раскритиковать.
Здесь же можно договориться об ОБМЕНЕ РЕЦЕНЗИЯМИ.
По такой схеме:
Автор А приходит, дает ссылку на свой фик, опубликованный в этом сообществе, и указывает, что хочет рецензию, и в ответ готов написать рецензию на фик откликнувшегося. Автор Б откликается, прилагая ссылку на свой фик, опубликованный в этом сообществе, на который он хочет получить рецензию от автора А. Автор А соглашается, после чего оба идут и пишут рецензии друг другу.
Профит!
Примечание: рецензия - это вдумчивый, качественный отзыв размером больше пары строк; критика - это разбор ошибок. Не путайте!